На первую страницу Курсы для специалистов

Школа Web-мастеров и web-проекты
Компьютерная графика ИТ сервис-менеджмент и управление проектами  

О компании



Наши координаты



Сведения об образовательной организации



История компании



Национальные награды



Наши преподаватели



Галерея Микроинформ



Юбилей Микроинформ: 15 лет!



История компании 

Журнал «CRN/RE», №14, 18 августа 2006 г., с.20 - 23

Жизнь много раз доказывала, что успешные начинания — это причудливый сплав расчета, случая, воли людей, идущих к поставленной цели, и никому не подвластных, мало предсказуемых поворотов судьбы.

Классическим примером, подтверждающим данное наблюдение, можно считать историю становления и развития компании «Микроинформ». Ее фактический создатель Борис Фридман еще до рождения фирмы выработал генеральную линию развития, которой следовал и продолжает следовать по сей день. Разумеется, жизнь внесла свои коррективы, но основные приоритеты, «вектор развития», были сохранены. И сегодня «Микроинформ» является, пожалуй, самым старым игроком российского ИТ-рынка, который к тому же за восемнадцатилетнюю историю своего существования не просто уцелел, но сумел сохранить свои имя, лицо и фирменный стиль.

А начиналось все довольно типично. Во второй половине восьмидесятых, в эпоху перестройки и зарождавшегося кооперативного движения, перед энергичными и предприимчивыми людьми открылись колоссальные перспективы — наконец-то появилась возможность реализовать накопленные за много лет опыт и знания не за 200 рэ в месяц. (Кто не помнит — такой была зарплата неплохого инженера с многолетним стажем).

В ту пору, а на дворе был 1987 г., Борис Фридман уже имел солидный опыт работы в нефтегазовой отрасли. В его послужном списке значились НПО «Союзгазоавтоматика» и ГИВЦ «Миннефтегазстроя», где он занимался системами передачи данных. Но жизнь сделала очередной поворот: директор ГИВЦ, под началом которого трудился Борис Михайлович, перешел на другую работу — стал ректором Центрального межведомственного института повышения квалификации при Московском инженерно-строительном институте имени В.В.Куйбышева (ЦМИПКС). И в конце 1987 г. он пригласил Фридмана к себе на работу. „Я согласился, — вспоминает Борис Михайлович, — и целый месяц преподавал. Но быстро понял, что это не мое, поэтому решил уйти, хотя мне уже обещали должность доцента“.

Найти применение своим силам было несложно. В стране зарождалась рыночная экономика, и самые дальновидные и смелые люди делали первые шаги на новом поприще, создавая собственные фирмы. К тому времени уже существовало несколько компаний, сумевших за короткий период завоевать известность и авторитет. Одним из первопроходцев новой эпохи было советско-американское СП «Диалог». Рассказы Петра Зрелова, руководителя этой фирмы, произвели на Фридмана огромное впечатление. Подумать только, директор компании мог самостоятельно решать любые вопросы: выбирать поставщиков, заказчиков, заключать контракты, отправлять людей в зарубежные командировки. В то время это выглядело если не ересью, то уж точно фантастикой. Ведь при социализме, который в 1987 г. был еще крепок, за всех все решали Госплан и министерства — кому, что, у кого и на какую сумму покупать, в какие командировки ездить. А тут...все так просто, и ни от кого не зависишь.

Это очень сильно заинтриговало меня, и я стал задумываться, а что же происходит в стране и экономике?“ — рассказывает Борис Фридман. Вскоре он стал свидетелем еще одного события — было учреждено советско-французское СП «Интерквадро».
Там работали мои знакомые, и, судя по их рассказам, деятельность СП кардинально отличалась от привычных устоев советского предприятия. Да я и сам видел. Например, они могли устроить пресс-конференцию, если считали, что она необходима для бизнеса. Это был второй мощный импульс, определивший мое будущее решение“, — отметил Фридман.
Финальной точкой стала встреча с представителями советско-австрийского СП «Просистем». Она состоялась весной 1988 г. на одной из московских выставок по автоматизации. Руководители СП, в числе которых были и хорошие знакомые Фридмана, рассказывали о том, какое оборудование они поставляют в страну и как работает компания. „Я принял окончательное решение также заняться бизнесом, — сказал Фридман. — Раз у других все так здорово получается, надо и мне что-то делать“.

Подготовительный период не занял много времени — на все формальности и деловые переговоры ушло несколько месяцев. Свою компанию Борис Михайлович создавал тоже как СП — других альтернатив, чтобы открыть негосударственную компанию, в то время просто не было. Причем, по существовавшим тогда законам советской стороне должен был принадлежать 51% компании, а зарубежным партнерам — 49%. Учредителем от нашей страны стал ЦМИПКС. Ректор института подробно расспросил Фридмана о планах и, недолго думая, одобрил его начинание. Так что компания появилась на свет во многом благодаря поддержке и этого человека. Зарубежным соучредителем выступило венгерское предприятие «Телефондьяр». Связи с этой фирмой были давними — с ними Фридман работал много лет, еще будучи сотрудником ГИВЦ «Миннефтегазстроя». Венгры поставляли довольно крупные партии оборудования для передачи данных, у них покупали даже такую, по тем временам, экзотику, как мультиплексоры передачи данных.

Борис Фридман честно признает, что в 1988 г. ни он, ни венгерские партнеры толком не представляли, о каком бизнесе идет речь, и в какой области новая компания будет работать. «Они спросили меня: „Ты хоть понимаешь, чем будешь заниматься?“, — вспоминает Фридман. — Не моргнув глазом, я уверенно ответил: Конечно, да!“. Ну, тогда давай попробуем, согласились венгры».

Впрочем, такая ситуация была типичной для конца 80-х. Практически все приходилось создавать на пустом месте. Новоявленные президенты и генеральные директора компаний не имели нужных опыта, знаний, умений. Да что там директора и президенты. Законодательства толкового и то не было. Ни чиновники, ни государственные структуры не представляли, куда «вырулит» ситуация. Действовали интуитивно, на ощупь. Руководствовались только расплывчатыми указаниями сверху — там решили, что на данном этапе перестройки надо создавать СП.


К слову, свидетельство о регистрации компании «Микроинформ» было выписано на бланке под номером 60.

В СССР это была 60-я негосударственная компания.

А Борис Фридман стал ее генеральным директором.

Кроме него в начале лета 1988 г., когда «Микроинформ» только появилась на свет, в компании работал еще один человек, бывший сотрудник Минфина, помогавший с оформлением документов.

Вскоре пригласили нескольких программистов, а к сентябрю того же года в компанию пришли коммерческий директор, бухгалтер и менеджер по кадрам.

Пресс-конференция 1988

14 сентября 1988 г. Первая пресс-конференция, посвященная открытию «Микроинформ». Борис Фридман – второй справа.

Направления деятельности новоиспеченной фирмы определились очень быстро. В первую очередь руководитель «Микроинформа» подумал о том, каким же образом компания будет зарабатывать деньги? Ответ напрашивался сам собой — продавать компьютеры. Тогда поставка техники была прибыльным и популярным занятием. Но, как вспоминает Борис Фридман, «меня это не очень интересовало. Работая в НПО «Союзгазоавтоматика» и ГИВЦ Миннефтегазстроя, я занимался решением многих интересных проблем, в том числе участвовал в серьезных разработках. Поэтому еще до создания «Микроинформ» мечтал о том, чтобы моя компания специализировалась в области разработок. И почти сразу же после регистрации фирмы мы подумали, что хорошо бы создать и учебный центр. Правда, все понимали, что эти два направления будут убыточными, но все же решили не сворачивать с выбранного пути. В конце концов, никто не запрещал заниматься этим «для души»».

Вот так, практически с первого дня, генеральный директор оценил все плюсы и минусы «свободного плавания» и воспользовался своими полномочиями. „Восемнадцать лет назад отношение к торговле было совсем другим, не таким, как сейчас, — говорит Борис Фридман. — Особого доверия коммерсанты и торговцы не внушали. Зато слова «разработка» и «обучение» ассоциировались с интеллектуальной деятельностью, несли ореол некой благородной миссии“.

При министерствах и ведомствах тех лет существовали многочисленные НИИ, решавшие вполне конкретные проблемы. А «Микроинформ» была самостоятельной компанией, не связанной ни с одним серьезным министерством. И в силу этих причин она оказалась в стороне от прикладных разработок. Поэтому в «Микроинформ» и решили сосредоточиться на создании интеллектуального продукта, который имел бы широкий спрос. Справедливости ради стоит заметить, что идею заниматься разработками Борис Фридман вынашивал еще до регистрации «Микроинформа». Он даже решил, что именно будет разрабатывать. Выбор пал на программу «Лексикон».

Персональные компьютеры быстро входили в повседневную жизнь. По клавишам уже вовсю стучали не только инженеры и программисты, но и секретари, печатая письма, справки, приказы и распоряжения. Конец 80-х годов был эпохой безраздельного господства трех программных продуктов — MS-DOS, Norton Commander и «Лексикон». Программы «ходили» на дискетах, в ту пору еще пятидюймовых, и пользователи с энтузиазмом обменивались новыми версиями.

И вот в такой ситуации Борису Фридману пришла в голову «совершенно сумасшедшая» мысль — сделать «Лексикон» настоящим, полноценным продуктом. Чтобы выглядел не хуже, чем западные программы, чтобы продавался в магазинах, в коробке и с инструкцией пользователю. Почему именно «Лексикон»? Ответ прост — других массовых программ в то время не было.

Будучи человеком действия, Борис Фридман сразу же приступил к реализации идеи. Он связался с Евгением Веселовым, автором «Лексикона» и пригласил его для беседы. „Веселов, в то время работавший в ВЦ Академии наук, уже был известным программистом и знал себе цену, — вспоминает Фридман. — Поэтому первые разговоры оказались непростыми. Я рассказал ему, что собираюсь создать компанию, которая будет отличаться от существующих фирм, а также о том, что у меня есть большое желание заниматься разработками и выйти на рынок с конкретным продуктом“. Судя по всему, Веселов не очень поверил Фридману. Поначалу он отнесся к этой идее настороженно, но после нескольких встреч, видя решимость и настойчивость будущего главы «Микроинформа», согласился сотрудничать. При этом Веселов заявил, что работать в «Микроинформе» не будет, но предложил создать в компании команду из близких ему людей, с которыми он работал над «Лексиконом». За собой Евгений Веселов оставлял роль научного руководителя проекта. Это не соответствовало планам Фридмана, но выбора у генерального директора не было, и он согласился с предложениями Веселова. Тот довольно быстро прислал толковых программистов, их оформили на работу в «Микроинформ» и развитие «Лексикона» продолжилось на новом уровне. Но идиллия продолжалась недолго. В начале 1989 г. Веселов получил приглашение поехать на работу в Норвегию. „Это был ощутимый удар по разработкам, — рассказывает Борис Фридман. — О том, чтобы Веселов перешел на работу в «Микроинформ» и не поехал в Норвегию, не могло быть и речи. Более того, он забрал у нас одного из ведущих разработчиков“.

Разумеется, были использованы все возможности для того, чтобы не сворачивать работу над «Лексиконом» — Веселов пытался руководить процессом из Норвегии, а в «Микроинформе» ждали его возвращения и специально для него, в общей сложности — более двух лет, держали вакантной должность технического директора по разработкам.

Наконец, срок норвежского контракта Евгения Веселова истек, он вернулся в страну, и руководители «Микроинформа» вновь поставили вопрос о том, чтобы он возглавил разработку «Лексикона». Но ситуация на рынке ПО к тому времени кардинально изменилась. Пользователи начали осваивать новую операционную систему — Windows, и специалисты отлично понимали, что за ней будущее. У Веселова не было недостатка идей, он уже продумал концепцию текстового редактора для новой платформы. В то же время все понимали, что «Лексикон» для Windows — это фактически новый проект, который потребует колоссальных затрат сил и средств. „Готова ли компания взять еще одну команду программистов? — спросил Веселов у Фридмана. — Если да, то я возглавлю разработку“. „Останавливаться было нельзя, и мы дали согласие“, — сказал Фридман.

А версия «Лексикона» для DOS была уже готова, и ее надо было продавать. Стремление соответствовать мировому уровню подтолкнуло компанию к очередному, малопонятному в то время шагу. Фирма решила предложить рынку полноценный коробочный продукт — в настоящую (такую же, как у западных компаний) коробку положить дистрибутив программы и подробную инструкцию для пользователей. Но в начале 90-х годов в нашей стране это было диковинкой, даже найти производство, где могли бы такие коробки изготовить, было проблемой. „Мы узнали, что есть единственное предприятие, которое в состоянии выполнить наш заказ, — вспоминает Фридман. — Один казанский завод как раз недавно купил именно такую производственную линию“. Разумеется, встал вопрос, сколько коробок заказывать? Ряд сотрудников «Микроинформа» считали, что для начала следует ограничиться партией в 100—200, от силы 500 штук. Но генеральный директор назвал другую цифру — 5 тыс. „По тем временам это был очень крупный заказ, — рассказывает Фридман. — Во многом благодаря нашему заказу казанский завод смог встать на ноги“.

Как водится, не обошлось и без курьезов. Чтобы первый в Советском Союзе коробочный программный продукт выглядел презентабельно, для разработки дизайна коробки руководители «Микроинформ» пригласили профессиональных художников. Они предложили десятки эскизов, ни один из них создателям «Лексикона» не приглянулся. „В конце концов, мы махнули на все рукой, пришел Веселов и предложил свой рисунок, — рассказывает Фридман. — Он и пошел в производство. Логотип тоже сами придумали“.

Судьба первой отечественной коробки складывалась успешно. Пользователи охотно покупали «Лексикон» для DOS. Только за первый год было продано около 20 тыс. коробок. Для практически полностью пиратского российского рынка это было огромным достижением. Но с финансовой точки зрения дело обстояло не так здорово — в «плюс» компания не выходила. Причина простая — цена коробки была очень низкой. Тем не менее проект по разработке и продвижению на рынок отечественного текстового редактора всеми специалистами и аналитиками рынка тех лет был признан успешным. Шутка ли, в своей категории продуктов — текстовых редакторов — «Лексикон» занимал первое место, его доля по числу инсталляций оценивалась в 32%. Почетное второе место занимал Word компании Microsoft (23% рынка). А с учетом нелицензионных копий «Лексикон» был вообще недосягаемым лидером. „Мы имели огромное преимущество перед Microsoft, — рассказывает Борис Фридман. — Наш редактор был изначально русскоязычным продуктом, а для зарубежных компаний русификация ПО в те годы представляла определенную проблему“.

К слову, заметим, что немалая заслуга в продвижении «Лексикона» принадлежит Ольге Дергуновой, которая в начале 90-х годов возглавляла в «Микроинформе» отдел продаж.

«Лексикон» для DOS жил и развивался, как и положено нормальному коммерческому продукту — появлялись новые версии, была налажена техническая поддержка. А разработка версии для Windows продвигалась с большим трудом. Казалось, что сделано 60% работ, 70%, но горизонт отодвигался все дальше и дальше. В конце концов, руководители «Микроинформ» поняли, что в этом деле надо ставить точку. Борис Фридман вспоминает, что существовало две причины, заставившие прекратить разработку. Во-первых, этот проект отнимал все больше денег, и фирма уже не могла не считаться с объемом затрат, а во-вторых, набирал силу редактор Word для Windows компании Microsoft. Всем было понятно, что американский вендор вложит в адаптацию ПО, маркетинг и рекламную кампанию огромные средства, и у «Микроинформа» едва ли хватит средств, чтобы противостоять столь мощной экспансии.

Команда программистов была расформирована, Евгений Веселов перешел на работу в IBS, а позже уехал в США. Версию «Лексикона» для DOS в «Микроинформе» продолжали поддерживать несколько лет, как заверил Борис Фридман, «до последнего клиента». А марку «Лексикон» позже передали компании «Арсеналъ», которая разработала свой текстовый редактор.

С коммерческой точки зрения, как уже говорилось, основным направлением деятельности «Микроинформ» была торговля компьютерами. Именно благодаря продажам техники компания могла в первые годы своего существования финансировать разработку ПО и заниматься обучением. Но только поддержкой своих неприбыльных направлений дело не ограничилось. Сегодня мало кто помнит, что «Микроинформ» сыграла не последнюю роль в становлении и развитии таких крупных ИТ-компаний, как «Аквариус» и Soft-tronik.

Борис Фридман хорошо помнит перипетии этих историй. Один из первых контрактов на поставку техники был подписан с немецкой компанией TEB Impex, которая продвигала ПК тайваньской фирмы «Аквариус». Видя высокий спрос на ПК в России, руководство TEB Impex решило открыть в нашей стране производство. Российский «Аквариус» появился на свет в апреле 1989 г., когда было создано СП «Аквариус Систем Интеграл», учредителями которого стали пять юридических лиц из СССР, в числе которых были «Микроинформ» (тогда ей принадлежало 10% акций) и ивановское НПО «Информатика». Зарубежным соучредителем выступила западногерманская TEB Impex. НПО «Информатика» предоставило новому СП недостроенный модуль на территории завода «Радиоприбор» в Шуе. Модуль быстро достроили, оснастили оборудованием, которое предоставила все та же TEB Impex, и дело пошло.

По-другому развивались отношения с фирмой Soft-tronik. Осенью 1988 г. «Микроинформ» впервые участвовала в какой-то выставке. На стенд компании зашли два человека и договорились о встрече с генеральным директором. Позже, во время беседы, они спросили, чем интересуется компания «Микроинформ»? Фридман ответил, что хотел бы закупать западную технику, но желательно за переводные рубли. В те годы это был своего рода аналог СКВ для расчетов между странами — членами СЭВ. Правда, в конце 80-х СЭВ уже разваливался и переводные рубли можно было «пристроить» только в Польше. К удивлению Фридмана, его собеседники ответили, что могут поставлять оборудование и за такие «деньги». Вот так на отечественный рынок выходила фирма Soft-tronik. Выходила, несмотря на определенный финансовый риск. „Зато мы не рисковали ничем, — вспоминает Фридман. — По условиям сделки, никакой предоплаты со стороны «Микроинформ» не требовалось, все расчеты осуществлялись после поставки оборудования“.

Сделка прошла удачно, и стороны решили продолжить сотрудничество. Спрос на ПК постоянно увеличивался, и чтобы его удовлетворить, в Западном Берлине было создано СП по выпуску компьютеров, что облегчало сбыт техники в России. Ведь формально это было не импортное, а наше оборудование, оно лишь собиралось за рубежом, и специалисты «Микроинформ» работали в Западном Берлине вахтовым методом.

Основным потребителем ПК на рубеже 80—90-х годов были государственные организации. А для того чтобы поставлять им технику, фирма должна была получить лицензию на внешнеторговую деятельность. „Я отправился за лицензией к начальнику управления Министерства внешнеэкономических связей, — рассказывает Борис Фридман. — И мне удалось убедить чиновника, что наша схема с оплатой переводными рублями выгодна всем и в первую очередь государству, которое из-за развала СЭВ эти рубли теряло в огромных количествах. Чиновник, а звали его Михаил Фрадков, оказался человеком толковым, и дал «добро» на получение лицензии на внешнеэкономическую деятельность“.

После этого торговое направление в «Микроинформе» стало развиваться быстрыми темпами и приносить хорошую прибыль. Компания продавала компьютеры, принтеры и одной из первых начала поставку аппаратно-программных комплексов. Одним из самых удачных проектов Борис Фридман считает поставку программно-аппаратных комплексов Ventura фирмы Xerox. Вначале закупили пять единиц, а всего в нашу страну к тому моменту Xerox поставила не более сотни комплексов. Затем «Микроинформ», оценив потребности и возможности рынка, решила сделать более крупный заказ. „В представительстве Xerox спросили, сколько мы хотим купить?, — рассказывает Фридман. — Мы ответили — 600 комплексов. Судя по реакции сотрудников Xerox, нас сочли авантюристами. Но мы подтвердили наши намерения, и вендор поверил. Для них это тоже была невероятно крупная поставка, и они, чтобы выполнить заказ, мобилизовали всю компанию. А мы получили огромную скидку, почти 70%“.

Быстрорастущий отечественный ИТ-рынок внес свои коррективы в бизнес «Микроинформа». В 1993—1994 гг. компания стала понемногу сворачивать продажу отдельных устройств и больше заниматься продвижением сетевого оборудования и комплексных решений. Правда, спектр сетевого оборудования в те годы ограничивался сетевыми платами, а комплексные решения представляли собой создание ЛВС и подключение к ней ПК. Но так продолжалось недолго — оборудование для передачи данных менялось на глазах, а решения становились все более сложными и масштабными. Набирали силу специализированные компании — системные интеграторы. „Мы видели, что в это направление надо инвестировать много денег, готовить специалистов, — говорит Борис Фридман. — Наши средства не позволяли работать одновременно в нескольких областях, поэтому в середине 90-х годов мы приняли решение полностью сосредоточиться на учебном бизнесе, а все остальные направления свернуть“.

Но генеральный директор «Микроинформ» не считает, что компания в первые годы существования понапрасну растрачивала усилия. „Если бы пришлось повторить заново весь пройденный путь, мы бы повторили его шаг в шаг“, — подчеркивает Фридман. Развитие компании — это естественный процесс, и все, что было сделано, все принесло плоды: появились партнеры, опыт, авторитет, а это важнее, чем чистая прибыль.

Конец 80-х — начало 90-х годов были богаты событиями. Например, у «Микроинформ» появилось свое здание на Малой Ордынке. Его получение и реставрация — отдельная глава в жизни компании. Сам Борис Фридман относит этот проект к категории хороших и добрых авантюр.

Первый офис «Микроинформа» располагался на Кожевнической улице, в помещении ЦМИПКС. Несколько комнат общей площадью 250 кв. м были предоставлены советским учредителем в качестве уставного взноса. Но уже с первых дней генеральный директор мечтал о собственном просторном здании, где все будет не хуже, чем на Западе. Даже фитнес-центр для сотрудников не забыл предусмотреть. Но получить в собственность здание в Москве, в городе, жители которого «испорчены квартирным вопросом», да еще в Москворецком районе — это казалось утопией. Однако Борис Фридман сдаваться не собирался. „Мы регулярно приглашали к себе в тесные 250 квадратов представителей москворецкого райкома партии, неоднократно беседовали с его первым секретарем, — рассказывает Фридман. — Нам обещали, потом отказывали, снова обещали, предлагали здания либо в неподходящем районе, либо совершенно не пригодные для ремонта и эксплуатации“. Были и курьезные случаи. Как-то раз генеральный директор остановил выбор на одном из зданий на Пионерской. Все шло к тому, что компания наконец-то получит здание. Уже собрали нужные подписи, но споткнулись на последней — компетентные органы передачу здания «Микроинформу» «зарубили». Причину вскоре узнали — оказывается, за забором располагался какой-то «ящик». Нельзя, чтобы рядом было советско-венгерское СП.

В конце концов, настойчивость и упорство генерального директора были вознаграждены. Власти поверили в новую компанию и пообещали помочь. Вскоре «Микроинформу» передали полуразрушенное здание на Малой Ордынке. „Зрелище было жуткое, — вспоминает Фридман. — Дом простоял без крыши несколько лет, кругом была вода“. На восстановление и реконструкцию ушел год. Компания получила 700 кв. м и своими силами превратила их в 1500 кв. м. Пристроили часть здания, добавили мансарду — четвертый этаж. И даже про фитнес-центр не забыли — отвели место под сауну и тренажерный зал. Свое новоселье «Микроинформ» отпраздновала в августе 1991 г., за две недели до путча.

19 августа 1991 г. генеральный директор запомнил на всю жизнь: „Сижу в пустом здании и думаю: вот и допрыгался, предприниматель. Сейчас ГКЧП с нами с первыми разберется. Придут и спросят: это кто же такие, почти в центре столицы себе здание отстроили?“. Сегодня можно вспоминать о путче с иронией, теперь уже всем понятно, что эта авантюра была обречена на провал, но тогда было не до смеха. Программисты ходили к Белому дому, принесли какие-то листовки и сказали, что их нужно размножить. „Я категорически запретил, — рассказывает Фридман. — Сказал, что мы не политическая организация, а коммерческая фирма“. Идти на баррикады он никому не запрещал, это личное дело каждого, но никакой политики внутри компании быть не должно.

Запомнились Фридману и события 1993 г. В день, когда обстреливали Белый дом, он вместе с Анатолием Карачинским был в зарубежной командировке и наблюдал за развитием событий по телевизору. В Москву они вернулись следующей ночью. Уже было известно, что в центре города введен комендантский час.

За Фридманом в аэропорт пришла машина, и Борис Михайлович предложил Карачинскому поехать с ним в Москву. Но Карачинский отказался и сказал, что до утра останется в отеле. А Фридман решил «прорываться» домой. „Ехать было жутко, — вспоминает он. — Обычно на Ленинградском шоссе оживленное движение никогда не прекращается даже ночью, а тут мы едем совершенно одни в полной темноте. И тогда я сказал водителю: «Поворачивай обратно». Несколько часов до рассвета просидели в аэропорту Шереметьево“.

Как уже говорилось, к середине 90-х годов «Микроинформ» сосредоточилась исключительно на учебном бизнесе, все остальные направления деятельности были свернуты. К этому времени компания завоевала репутацию одного из ведущих поставщиков авторизованного обучения. А первые шаги на ниве обучения были сделаны в сентябре 1988 г. когда к занятиям приступила первая группа слушателей. Их учили элементарным вещам — как работать с компьютером. „С самого начала мы очень серьезно подходили к организации учебного процесса, — рассказывает Борис Фридман. — У нас был учебный класс, оснащенный двадцатью компьютерами. В своих проспектах мы писали, что каждому слушателю предоставляется отдельный ПК. Правда, в нашей компании обучение стоило недорого, поэтому и прибыли от этого направления мы долгое время не получали“. Это позже учебные центры стали расти как грибы, объявления «Norton Commander/DOS/Windows/Word/Лексикон» висели на каждом столбе.

Но к этому моменту, к середине 90-х, в «Микроинформ» уже освоили технологию авторизованного обучения, что позволило компании перейти на качественно иной уровень. Первым зарубежным вендором, который решил, что пора и в России вводить авторизованное обучение, был Novell. Представители этой компании посетили «Микроинформ» в 1992 г. и были приятно удивлены размахом деятельности российской фирмы. В короткие сроки стороны обсудили формальности, и соглашение об авторизации было подписано. А в 1994 г. «Микроинформ» стала авторизованным учебным центром Microsoft (сегодня «Микроинформ» является авторизованным учебным центром 20 ведущих зарубежных компаний).

В середине 90-х произошло еще одно важное событие — совместное предприятие стало российской компанией. В несколько этапов «Телефондьяр» передала свою долю российской стороне. По словам Фридмана, с самого начала стороны понимали, что СП — это вынужденная форма организации, которая была нужна лишь для того, чтобы создать негосударственную компанию. Ускорило процесс преобразования «Микроинформ» из СП в ООО сообщение о покупке компанией Siemens венгерского учредителя «Телефондьяр».

В «Микроинформе» понимали, что это обстоятельство может привести к существенному изменению направления деятельности компании, что не входило в планы его руководства.

В настоящее время «Микроинформ» — один из ведущих учебных центров России в области информационных технологий.

В «Микроинформ» с момента его создания прошли подготовку более 132 тыс. специалистов почти из 2500 государственных и негосударственных компаний.

Борис Михайлович Фридман

Самый трудный этап,
когда нам приходилось утверждать, что обучение — это такой же продукт, как программное и аппаратное обеспечение, позади, и сейчас спрос на образовательные услуги интенсивно растет
 — в заключение говорит Борис Фридман. —
Все только начинается. Мы с оптимизмом смотрим в будущее“.

ПРесс-конференция 2003
Пресс-конференция по случаю 15-летия «Микроинформ»
Журнал «CRN/RE», №14, 18 августа 2006 г., статья «Учитель», с.20 - 23.
http://www.crn.ru/numbers/reg-numbers/detail.php?ID=11579&phrase_id=109778